В детстве я хотел стать волшебником. В детстве все хотят быть волшебниками, обладать секретом причастности к магии.
Потом - не совсем волшебником: меня устроила бы даже простейшая стихийная магия. Затем я согласился бы даже на ученичество у мага.
Позже аппетиты поуменьшились до мизерных. В подростковом возрасте я бы согласился даже на сверхспособность, одну-единственную. Только обязательно хорошую, вроде неуязвимости или телепортации.
Помню даже, как отец зачитывал лекции на тему "все возможно, стоит только захотеть". Это вдохновляло. Интернета тогда не было, поэтому придуманными и подсмотренными в книжных рисунках ритуальными знаками и фигурами я расчертил большую тетрадь на сорок шесть листов, но ни один из них не работал.
Гораздо позже я понял: отец думал, что я спрашиваю совета о девочках и мифических пятидесяти подтягиваниях на турнике, о которых слышали все мои знакомые, но никто не видел. Но понял я это потом...
Всю фантастику в библиотеке нашего поселка я перечитал лет до одиннадцати, в поисках рабочего ритуала. Осталась полка с книгами, к чьим обложкам приложил руку Борис Вальехо, но полку ту библиотекарша защищала от моих жадных до знаний рук и оставалась неподкупна. Даже пачка конфет, купленная на накопленные деньги, не смогла открыть доступ к заветным книгам с демонами и чудовищами на обложках. Тогда окончательно уверился в запретности находящихся там знаний. А гораздо позже жестко разочаровался.
Взрослея, я продолжал искать способы становления супергероем, обретения сверхсил. По какой-то досадной ошибке жизнь не отсыпала мне сверхъестественных плюшек еще при рождении. Я жадно слушал истории про пространственные аномалии и людей, которые могли говорить с призраками. После каждой такой истории я вдохновлялся и шерстил интернет с новой силой, желая найти пути обретения сверхсилы. Я изучал футарк, смотрел сериалы и воспроизводил увиденные в них ритуалы. Безрезультатно.
Детская одержимость переросла в скучное хобби, которым я занимался реже и реже. Унылый скучный мир доедал мои детские мечтания.
А потом на планете стали появляться ОСКОЛКИ - двери в иные миры. Для меня это событие стало долгожданным билетом в иное будущее, о котором я грезил с детства. Ну, я так думал, потому что пока не посетил ни одной аномалии. Но очень хотел и планировал.
Новость про осколки не стала вмиг мировой сенсацией. Её не душили цензурой, власти не препятствовали распространению историй про осколки, но поначалу в невероятные слухи никто не верил. А затем... не знаю, как в других странах, но в России практически ничего не изменилось, даже когда каждый пятый увидел аномалию своими глазами.
Благодаря своей одержимости всем тайным и необычным я узнал об этом феномене в числе первых, когда сидел на вахте и от скуки искал в спрятанном от глазка камеры мобильнике любые упоминания сверхъестественного. И даже найдя, не поехал на ближайшем рейсовом автобусе домой, в Свободный, чтобы закупиться экипировкой и рвануть в ближайший пролом в осколок иного мира. Хотелось, ужасно хотелось. Только вот кушать хочется тоже, а до конца вахты оставалось пять дней. Нужна весомая причина, чтобы уехать пораньше. Ну, и зарплата окажется на целых двенадцать с половиной тысяч меньше, чем могла бы.
К тому моменту я уже отыскал скупые комментарии людей, которые посещали осколки, и нехотя говорили о том, что в иных мирах можно найти нечто ценное: золото, оружие. Но я предпочёл искать даже самые мельчайшие крохи информации, выполняя работу сотрудника транспортной безопасности: сидел ночью один на самом спокойном посту, где максимальная неприятность, которая могла быть - уснуть за минуту до ночной проверки и отхватить штраф. Вопреки ожиданиям начальника вахтовой смены, на порт никто не нападал, не провозил и не проносил взрывчатку. Максимум - работяги-докеры прятали в сумках и термосах водку, чтобы тоже не скучать в ночную смену.
Благо, на территории порта, где я работал, не было ни одного осколка. Иначе, думаю, сунулся бы в ближайший. Если он находился бы рядом с постом, как пить дать - сунулся бы.
В общем, вахта завершилась спокойно. К тому времени про осколки нехотя заговорили на центральных каналах и в газетах. Правительство пока осторожно склонялось к мысли, что "все эти так называемые осколки - выдумка". Но в тоже время, как бы парадоксально это ни звучало, запрещало в них соваться.
Сейчас я еду с вахты в междугороднем автобусе, сидя рядом с приятелем Арсением. Приятелем Арсений стал задолго до того, как устроился в нашу охранную фирму. Жили мы в одном городе, но подбивать тридцатилетнего мужичка на совместную зачистку аномалий я не спешил. Арсений не был таким заядлым мечтателем, как я, и в осколок точно не сунется. И тому есть весьма веские причины.
Раз в три-четыре часа автобус останавливался у придорожных кафешек, чтобы пассажиры могли поесть, облегчиться, или просто размяться. И вот, автобус заворачивает к очередной кафешке. Сквозь лобовое стекло, усеянное дождевыми каплями, я вижу расплывчатую кляксу осколка. Рядом с ним стоит полицейская машина и два сотрудника.
Водитель остановил автобус, но дверь пассажирам открывать не стал. Один из сотрудников направился к водительской двери, и я уловил обрывок разговора.
- ... потому уезжайте, пока ещё один из ваших не захотел в эту херню прыгнуть... тем и занимаемся, что двухсотых... выкидывает, оформляем. Заебало...
Я услышал бы больше, если бы не пассажиры, которые возмущались, что их не выпускают. Но смысл беседы уловил.
Водитель вежливо попрощался, и двинул автобус, разворачивая его по широкой дуге.
- Потерпите пять минут, доедем до туалета у эстакады, там сходите! - отрезал водитель. - А кушать будем через полчаса, в следующем кафе. Здесь... здесь нельзя. Кафе закрыто пока. Сядьте на места.
- Видишь? - вытащил наушник Арсений. - Зря они туда суются. Сводки с количеством мертвецов по всем каналам показывают, но народ всё равно лезет. Идиоты. Не зря правительство ограждает эти штуки.
- Как думаешь, что будет? - поинтересовался я, не выдавая своего мнения насчёт осколков и их посещения.
- А ничего не будет. Закроют их постепенно, и всё. Ограждать бесполезно, народ найдёт, как пробраться. Зато, говорят, если пройти осколок, он исчезает. Уже набирают добровольцев, которым обещают целых сорок тысяч за закрытие. Думаю, скоро введут статью за посещение осколка, чтобы неповадно было.
- Я слышал, в тюрьмах людей набирают, чтобы тоже закрывали порталы, - добавил я.
- Ну, если набирают, значит, так нужно, - пожал плечами Арсений. - Наверху умные люди сидят, им виднее, как лучше. Да и правильно: лучше преступников тратить, чем обычных граждан.
Я покивал, но рассуждать на эту тему не стал. Арсений отличался какой-то фанатичной верой в правительство, и любой факт мог истолковать и извернуть в пользу мудрости говорящих голов. Любой спор или диалог с ним, который хоть чуть-чуть касался политики, превращался в попытку промывания мозгов.
В отличии от своего приятеля, я примерно знал, почему народ тащится в иные миры. В народе ходили злые шутки, мол, даже в опаснейших мирах лучше, чем в России, но причина была в другом. Всех манили сокровища. Ютуб блогеры, пользуясь появлением аномалий, взлетали на волне хайпа, рассказывая, какие можно получить вещи в порталах.
Честно говоря, когда про осколки узнали практически все, для меня стало шоком, что народ также ходил на работу, общался друг с другом, будто бы ничего не произошло. У каждого в посёлке или квартале находился один-два портала в другой мир, абсолютно чуждый нашему мир, абсолютно иной, таящий невероятные тайны, а народ шутил по этому поводу, но продолжал работать, как прежде, жить, как раньше, и таскать на смену алкоголь в термосах.
Хотя, если подумать, и я со своей вахтой не исключение. Это в фантастическом романе можно бросить привычную жизнь и махнуть в осколок, встречать опасность грудью, а в реальности всё происходит совершенно иначе. И диалог водителя с полицией это подтверждает. Как и лежащее рядом с полицейской нивой тело, накрытое пропитанной кровью простыней.
Думаю, скоро вокруг осколков начнут ставить кубы из железных решёток. Может, уже начали, но слишком резко появился феномен, и слишком неповоротливой оказалась государственная машина. Еще не успели подать госзаказы на заводы, перенастроить производство. Не успели выделить деньги и договориться со сварщиками и компаниями.
На ютубе хватало роликов с полицейскими ограждениями и дежурящих квадратных мужиков с автоматами, но то - в крупных городах. И думаю, там это действительно нужно, чтобы подростки толпами не неслись в поисках приключений в светящееся марево. Вряд ли в Свободном осколки будут охранять так же прилежно, как и в крупных городах.
До города доехали уже вечером. Я пожал руку Арсению, попрощался и зашел в приложение такси. Машину вызвал на адрес квартиры на Мухина, где снимал комнату. Жить в четырёхкомнатной квартире, где каждая комната кому-то сдаётся, не слишком удобно, но я привык. Девушки у меня нет, так что на пятнадцати квадратных метрах вполне удобно. Хозяин просит не так много: всего девять тысяч в месяц - не слишком накладно платить, даже если полтора месяца живёшь на вахте и совсем не появляешься в комнате.
Увы, как не хотелось быстрее... нет, посетить осколок, а нырнуть в сеть в поисках новых видео и рассказов, жадно впитывая информацию, пришлось сперва закинуть вещи в стирку и сбегать в находящийся рядом круглосуточный ларек за пачкой пельменей.
Хорошо, что стиральная машинка оказалась свободна. Иной раз на неё даже возникала очередь.
В который раз мелькнула мысль, что если выйдет получать с осколка хоть какой-то доход, можно будет снять квартиру... купить себе мотоцикл, наконец сдать на права, собрать навороченный компьютер с видеокартой 4090. Однако загадывать надолго я не стал.