Палящее солнце било в глаза. Голова раскалывалась на кусочки, а в ушах звенело так, словно в них поселился раззадоренный рой пчёл. Первая появившаяся мысль в голове была — это похмелье? Но затем я вспомнил, что вчера не прикасался ни к чему горячительному, и тогда вопросов стало еще больше.
Но я отложил их на потом и, стараясь игнорировать головную боль и звон в ушах, сел и принялся осматриваться.
Меня окружала толпа, как минимум сотня людей расположилась на небольшой каменной площадке, по типу городских площадей старых европейских городов.
Люди приходили в себя, просыпались и озирались по сторонам с потерянными выражениями лиц. С громким храпом неподалеку от меня очнулся толстый мужчина с моржовыми усами. Он повернулся ко мне, наминая свое опухшее лицо.
— Это… как того… что это за место? — На лице мужчины была гримаса боли. Видимо, и его замучала головная боль.
Я пожал плечами, показывая, что не знаю.
Толстяк в тот же миг потерял ко мне интерес и принялся доставать тем же вопросом других.
Мне бы самому узнать, что это за место и как я здесь оказался.
Не сплю же я до сих пор? Вряд ли. Никогда раньше не путал реальность со сном, да и ощущения уж слишком настоящие — боль в голове и звон в ушах, ощущение тепла и света на коже.
Но если — всё вокруг реально… тогда совсем не понятно, как я мог здесь оказаться. Я точно помню, что уснул в кровати и не покидал ее глубоко ночью или рано утром.
Чертовщина…
Сделал глубокий вдох-выдох, отгоняя тревожные мысли.
Спокойно… По крайней мере, я всё еще в сознании и в адеквате. Это уже что-то! Да и ничего плохого не случилось, просто проснулся в неизвестном месте. Вроде, никаких шрамов в районе живота нету, все органы там, где им положено, а не в пакетиках со льдом.
Пока думал о своем загадочном перемещении, часть толпы уже поднялась на ноги и о чем-то возбужденно разговаривала. Я слышал только отрывки их фраз. Интересно, а как они оказались на площади? Неужели таким же, как и я, образом? Впрочем, достаточно взглянуть на их заспанные, растерянные лица, послушать о чём они говорят, и станет понятно, что да — так и есть, ровно таким же образом.
К тому же, мужик с усами… Когда он очнулся, спросил у меня — что это за место. Наверняка, он, как и я, не знал, как тут оказался.
Но на всякий случай спрошу.
Я потряс «моржа» за плечо, и он повернулся ко мне с еще большей растерянностью на лице, чем было у него, когда он проснулся.
— Ты тоже не знаешь, как здесь оказался? — спросил я, заметив про себя, что переживаю насчет его ответа. Если ответ будет — да, значит, ни на какое своё луначество или временное помешательство скинуть случившиеся не смогу. Значит, что-то по-настоящему странное и серьезное происходит здесь.
— Да-да, — горячо закивал он. — Лёг спать в отеле, а проснулся чёрт знает где. Представляешь! Что творится-то на белом свете?
— Представляю, — злобно хмыкнул я. — Ты спрашивал у остальных? Тоже не знают, как здесь оказались?
— Да. Похоже, мы все в одинаковой ситуации. — Мужчина простодушно пожал плечами, как бы говоря — надо смириться с тем, что имеем.
Мне бы его спокойствие. Значит, произошедшее не совпадение, и уж точно не чья-то злая шутка — никто ради шутки не будет переносить за ночь сотню людей в неизвестное место.
Поскорее бы свалить отсюда…
— Меня, кстати, Ганс зовут, будем знакомы. — Мужчина протянул мне руку с дружелюбной улыбкой.
— Будем знакомы. Я Саша. — Пожал ему руку в ответ.
Краем глаза заметил движение на площади — молодой парень, по возрасту примерно ученик старших классов, залез на деревянный ящик, и встал там, будто он на сцене. У парня были черные короткие волосы и узкие глаза. Он шумно прочистил горло, привлекая к себе всеобщее внимание.
— Меня зовут Нам Джун. Я из Южной Кореи, и вы оказались здесь из-за меня, — голос школьника прозвучал громко и уверенно.
Каждый смотрел на корейца — кто-то откровенно скептически, некоторые, как на сумасшедшего, а кто-то воспринимал его слова всерьёз — их лица говорили о том, что они готовы разорвать корейца на кусочки.
— Из-за тебя мы тут, чмо узкоглазое?— прорычал татуированный здоровяк с огромным шрамом на шее.
Но несмотря на агрессию в голосе, выражение лица у здоровяка оставалось спокойным. Я даже заметил блеснувшие в его глазах признаки сомнения и скепсиса. Совсем мимолетные, но мне оказалось достаточно и этого.
Здоровяк явно не верил, что весь сыр-бор из-за корейца. И уже через пару мгновений переключился на рядом стоявшего мужичка, которому принялся вталдычивать что-то и показывать руками.
Тем временем, кореец вызывал всё больше и больше злости у людей.
— Мои дети остались совсем одни! Из-за тебя! — раздался женский, надрывный голос. — Кто их накормит грудным молоком? Я должна кормить их своей титькой, им нельзя смеси!
И следом за ней толпа взорвалась беспорядочными криками.
— Лол, ОЯШ шизанулся.
— Спускайся давай, шутник хуев. Сейчас буду тебе губку-боба делать.
— Сейчас как шебмом тебе по лбу ударю!

Я же молчал.
Мне не верилось, что всё произошло из-за одного школьника…
И вместо того, чтобы тратить силы на ненависть и крики, решил наконец сваливать. Но прежде осмотрелся.
Место оказалось незнакомым, что в принципе неудивительно — вряд ли такое увидишь в России. Скорее, в Европы, в деревнях и районах, где еще стоят средневековые замки, а дороги из камней, возрастом в несколько сотен лет.
Площадь была окружена старинными, двухэтажными домами с маленькими круглыми окнами и зеленым, пышным садом у каждого. Дома тесно прилегали друг к другу, исключая возможность рассмотреть что-то позади них. По крайней мере, с места, где я сейчас находился.
Вот если подойти поближе…
— Стоп! А как я понимаю — что ты говоришь? Я ведь не знаю корейского, — Пробилось замечание сквозь непрекращающуюся ругань.
Интересный вопрос… А как я понимаю его? Конечно, я не уверен, что Ним Вжан, или как там его, говорил именно на корейском — для меня его слова прозвучали на… Нет, точно не на русском и не на корейском. Он говорил на другом языке, с которым я никогда не встречался прежде, но тем не менее интуитивно понимал каждое слово.
Получается, и остальные тоже понимают этот язык?
— И я понимаю, хотя знаю только испанский — прозвучал еще один озадаченный голос.
— Спокойствие! — прокричал кореец, перебивая всех остальных. — Я говорю только на корейском, но тем не менее понимаю вас. Такое бывает! Когда люди попадают в другой мир, они получают возможность говорить на местном языке. Я читал в ранобэ! Должно быть, именно поэтому мы понимаем друг друга, хотя являемся носителями разных языков.
Люди странно среагировали на слова корейца — кто-то нахмурил лицо, как бы говоря, что сейчас не до шуток, кто-то испугался, это были в основном женщины, а кто-то слушал с открытом ртом, видимо веря и впитывая в себя крупицы информации.
Люди снова начали кричать.

— Ранобэ? Это лапша такая?
— Поехавший! Ты как с палаты сбежал?
— Другой мир? Типо, как в книжках про спецназовцев и СССР?
— Не слушайте его, он поехавший!

Люди вопили, как обезьянки, которых раздразнили бананом через непробиваемое стекло.
Я же пока не решил, верить ли корейцу или нет. С одной стороны, верить в то, что нас переместили в другой мир — глупо, но… Если бы мне сказали вчера, что переместить сто человек из разных частей мира в одно место возможно, а еще и научить их третьему языку, на которым они бы инстинктивно принялись говорить, как только очнулись — я бы сказал, что это безумие.
Кореец же светился от счастья, его грудь распирало от чувств.
— Я наконец попал в другой мир! Как я хотел! Прямо как в ранобэ! Я главный герой! — он кричал восторженно, не замечая, что остальные уже не слушали его.
Дурак, блин.
С чего это он главный герой? На площади целая толпа таких же, как и он — а кто-то даже получше. И я сейчас даже не о себе. А, например, вон о том уже знакомом мне мужике с шрамом на шее, что на другой стороне площади, собирает вокруг себя группу. Я мог расслышать, как он заливает им о том, что вместе легче справиться с любой ситуацией. Или вон тот, что уже ходит рядом с домами, дергает дверные ручки и заглядывает в окна.
Будь тут ставки на главного героя, кореец не вошел бы даже в десятку по наибольшей вероятности.
Стоп… А это что?
Перед глазами мелькал то тут - то там почти прозрачный текст, который заметить-то трудно было, не то что расшифровать, что там написано. Я поймал одну из строчек и принялся вглядываться в нее, буквально испепеляя взглядом. Неожиданно, буквы набрали веса, потемнели, и текст стало возможным разобрать.
Я, на всякий случай, ущипнул себя за руку, и разочарованно цокнул, когда ничего не произошло — всё-таки точно не сон. И смирившись с тем, что окончательно сошёл с ума, принялся внимательно читать текст перед глазами.
Вы были призваны в другой мир созвездием божеств под именем Великолепные. Пройдите в дом №9 за дальнейшими инструкциями, он будет помечен для вас красным флажком.
Чего? Моргнул раз десять, и тряхнул головой, как собака отряхивается от воды.
Не мерещится, и правда текст есть. А остальные видят это? Надо проверить…
— Ганс, — окликнул я уже почти товарища. Запотевшее лицо Ганса повернулось на меня. — Видишь что-то?
— Что? — недоуменно спросил он.
— Ничего. — Он не видит текст, что вижу я… А что если — у каждого свой текст? — Ганс, у тебя перед глазами что-то мелькает?
— Да нет, не мелькае… Подожди-ка…, — Лицо Ганса сосредоточилось, глаза сощурились и забегали сверху вниз, словно он сейчас читает невидимую книжку.
Невидимую книжку… Он тоже видит сообщение?
— Саша, у меня тут какой-то текст перед глазами, ты его видишь? — испуганно спросил Ганс. — Нет-нет-нет… Только не это… Только не инсульт… Мне всего тридцать восемь… — запричитал Ганс.
— Я вижу такой же текст, успокойся. — Я положил ему руку на плечо. — Cкажи, в какой дом тебе пройти нужно?
— Пятый. Вон тот, у него на крыше зеленый флажок, — Он успокоился и указал на один из домов, внешне ничем не отличающийся от других. Я не видел никого зеленого флажка.
Через несколько домов, а если быть точнее через три, стоял и мой, с красным флагом на крыше. Видимо, мой флаг тоже был невидимым для остальных.
Идти? А есть варианты? По крайней мере, я точно знаю, что увиденное мною сообщение не плод моей фантазии — Ганс видел что-то похожее. Значит, призвали в другой мир… Может, я зайду в дом и смогу поговорить с Богами и попросить вернуть меня обратно, в свой родной мир. Под каким они там названием… Великолепные, вроде?
Ну и названьице Боги выбрали, скромности им не занимать. Фух… Была не была. Пойду и посмотрю, что там за боги и чего они хотят от меня.