Когда я нашел эту планету, то сперва не мог поверить своему везению. Конечно, в этой туманности было десятка два систем с перспективными планетками, но те что я успел проверить за последние недели оказывались либо безводными пыльными шариками с хиленькой атмосферой, либо наоборот, с атмосферой непроницаемо плотной, где температура и давление как в пароварке. Даже ни одной ледяной планетки, за открытие которой полагается хоть какая-то премия, так и не попалось. В общем я почти уже собирался ложиться на обратный курс, заранее предвкушая пару месяцев унылых размышлений о неоплаченных счетах и предстоящих играх в прятки с ребятами из кредитных агентств, и тут вдруг такая удача!
Я наматывал вокруг нее виток за витком, любуясь зелеными континентами разбросанными по поверхности голубого океана, и с наслаждением читая строчки собранных данных. На моей тощей щетинистой физиономии играла победная улыбка, запавшие глаза горели торжеством, худые пальцы играли на кнопках пульта как на рояле, а в голове звучал триумфальный марш. Многозначные суммы на моих счетах, толпы репортеров у дверей моих роскошных апартаментов, прижизненный памятник на аллее первопроходцев... Ну ладно, нужно быть реалистом, для начала как минимум я разделаюсь со всеми долгами, увижу завистливые рожи приятелей на пирушке в мою честь, а все барные шлюшки будут увиваться и липнуть ко мне как мухи. Все же планета хоть и земного типа но на А-класс не тянет, прям каких-то безумных денег за нее не выручить. Гравитация и давление чуть выше, атмосфера насыщена водяным паром, так что из-за плотной облачности средняя температура ниже, а климат по большей части влажный. Зато биосфера должна быть очень богатой, и состав воздуха вроде то что нужно. Зеленая планетка, еще не потраченная развитой цивилизацией - лакомый кусочек. Такой шарик раз в поколение находят!
Я провел на орбите целые сутки без сна и покоя, пока не собрал все данные какие мог с моими допотопным поисковым оборудованием. За это время шесть раз отправлял сообщения на ближайшую базу, местная туманность надежно поглощала все сигналы, но мало ли, вдруг хоть одно пройдет. Своего рода страховка, с каждым новым рейсом без капремонта на этой развалюхе шанс не вернуться назад все рос, а так меня наверное станут искать случись что. С пустыми руками я даже кредиторам не больно-то нужен, но с такими ценными данными нужен всем. В принципе сейчас нужно отдохнуть пару часов и теперь уже точно ложиться на обратный курс, но меня лихорадило так что усидеть спокойно я не мог. Открыть такую планету, и даже не побывать на ней! Что я потом буду рассказывать когда вернусь? Да я сам себе такого никогда не прощу! Сажать свою колымагу на атмосферник я бы ни за что не рискнул, то есть посадить бы еще как-нибудь смог, а вот взлететь потом уже точно нет. Но у меня ведь был еще и челнок, а вот на нем как раз смотаться туда-обратно дело пары часов. Конечно, по инструкции покидать корабль не оставляя дежурного члена экипажа категорически запрещалось, но где ж мне его взять? Да и кто мне тут, на краю галактики, указ?! Так что хлебнув на дорожку из заветной фляжки я принялся лихорадочно напяливать свой парадно-выходной скафандр.
Прихватив лучевое ружье и подгоняя пинками робота-Паукана я грузился в челнок. Паукан, оторванный от зарядной станции, недовольно скрежетал изображая скип суставов, и жаловался на севший аккумулятор. На что я пригрозил подзарядить его разрядом из ружья, ногой утрамбовывая механическое членистоногое в люк. В молодости он был геологоразведчиком, но я заставлял его работать ремонтником, а если и брал когда наружу то только чтоб таскать мой багаж. Он мог бы конечно пригодиться для анализа поверхности планеты, но сейчас мне он нужен был исключительно для того чтобы запечатлеть на камеру мои исторические первые шаги на неизведанной планете. Ружье я кстате брал для той же цели - чтобы эффектней выглядеть в кадре. Отстыковавшись от корабля я с торжеством обозрел заманчиво-плавный изгиб подернутого дымкой облаков горизонта. Ну все, сучка, сейчас ты будешь моей!
Не то от спешки, не то от недосыпа я неправильно рассчитал угол входа, да и плотность атмосферы росла гораздо быстрей чем я ожидал. Приходилось постоянно корректировать курс, отчего изношенные движки надсадно выли и грелись сверх всякой меры. Наконец на высоте шестнадцать тысяч случилось то что чего и следовало ожидать, когда все время забиваешь болт на техобслуживание - загорелся правый двигатель. Противопожарная система его тут же потушила, но мне от этого легче не стало. Одним двигателем я мог пытаться только тормозить, а управляемость резко упала. На высоте пять тысяч заглох и левый двигатель. Навалилась такая тишина что стало слышно как трещит покоробившаяся от перегрева обшивка, а сложившийся в три погибели Паукан в углу жалобно поскрипывает предчувствуя беду. В кабине было нестерпимо жарко, но меня прошиб холодный пот, мерзкой струйкой затекая за шиворот. Аэродинамика у челнока была как у утюга, и планировал он примерно так же хорошо.
Пробив низко висящие облака, всего на высоте полутора километров, я обозрел поверхность и последние надежды на хоть сколь-нибудь удачную аварийную посадку окончательно улетучились. Подо мной расстилалась изрезанная мелкими речушками равнина заросшая довольно редким, но все же лесом, а прямо по курсу вырисовывались холмы. Меж тем скорость все еще была втрое выше минимальной посадочной, и снижаться не спешила. Высота была уже всего шестьсот метров, а я в каком-то отупении продолжал попытки запустить левый двигатель. Наконец бортовой компьютер, уже давно сигнализирующий об экстренной эвакуации, катапультировал меня принудительно. Понял что произошло я только оказавшись висящим в воздухе, и сообразив что быстро уменьшающаяся черная точка это не что иное как мой челнок. Засмотревшись ему вслед я совершенно забыл что нужно вообще-то смотреть вниз и подруливать, почувствовав неладное только когда подо мной что-то захрустело а по шлему хлестнула ветка. В следующее же мгновение меня потащило куда-то в сторону, здорово обо что-то шмякнуло, и я полетел в темноту.