— Иии… снова он! У легенды каждый день – его день! Поприветствуйте победителя, пока он стряхивает кровь с дубинки! — прогремел диктор.
В зрительных ложах забурил восторг. Кто-то припал к бронированному стеклу, требуя добить проигравших, другие неподвижно ждали услужливых официантов. Дорогие женщины в коктейльных платьях, их мужчины в строгих, всех оттенков между черным и белым, костюмах – дресс-код годы оставался неизменным. Безликие маски придавали таинственности. Посетители были богаты, имели связи – чтобы стать членом клуба нужен был не только кругленький денежный взнос, но и знание правильных людей.
— Всего несколько лет, а каков результат! Пять раундов, по пять соперников в каждом – и вот он, единственный на своих двоих! Все вы знаете его имя! Все вы знаете его историю!
С коротким сигналом на «полигон» выехало несколько квадроциклов. Один из них, облепленный точеными девушками в бикини и ковбойских сапогах подъехал ко мне, остальные же загрузили проигравших, взяли на буксир их мотоциклы и укатили.
Уже и не вспомнить, когда я стеснялся быть в центре внимания. Теперь плевать. Просто еще одна победа, с моим окровавленным лицом на всех экранах.
— Курьер неплох, — сказала женщина, ожившая статуя из чистейшего хрома. Она жестом подозвала официанта.
— Конечно, — фыркнул мужчина. — Но я не думал, что он продержится дальше третьего раунда.
Официант появился бесшумно, но заметно:
— Госпожа? Что вы желаете?
— Виски со льдом, — потянулась она.
— А мне… — мужчина с усмешкой выдохнул. — Водку давай.
На мотодуэлях легко набраться травм. Переломы конечностей, тяжелые сотрясения и все такое прочее здесь в порядке вещей. Выбитые зубы, разбитые носы, синяки? Считай, появляются, едва ты выехал на полигон.
Заживет. Целебная сила денег может и не такое сотворить, а счет за победу выходил порядочный. В первый раз хотел, смешно вспоминать, поднять на пару ночей в капсульном отеле да пару раз в день пожрать острейшей лапши, но как-то дело пошло и… Сегодня полмиллиона точно поднял.
Значит, пора сделать передышку. Свалить в Европу, а там или снова руки зачешутся, или «эти» дернут на очередной бой. Завтра же куплю билет.
Размышления прервала смс-ка:
«Ну ты даешь, сукин сын! Точно ничего в себя не напихал? В любом случае, твое выживание нужно отметить, горючка с меня! Давай, подкачу через часок, а там как на фронте. Не бойся, с ломика пить не придется.»
Да, сильно я во все это втянулся. Даже времени не было встретиться с Егором, товарищем с войны. Он всегда умел появляться в самый нужный момент – вот прямо как сейчас.
«Одобряю. Готовься мешать свои коктейли. Куда подъезжать сам знаешь.»
Как раз можно смыть кровищу с лица. Не повезло мне во втором раунде, меткий гаденыш первым же ударом движок у мотоцикла сломал. Но я выстоял.
Вода под ногами стала бордовой. Струи горячей воды молотили по телу, вымывая напряжение. На стене душа появилась тень, и вдруг моих плеч коснулись чьи-то руки.
— Помощь тебе пригодится, ковбой, — насмешливо заявила девушка.
А. Конечно. Кейт – одна из таких же, как и я, только из женской лиги. Сегодня у нее боя не было.
— Валяй, — я развернулся. — Рад тебя видеть.
Обнаженная блондинка, валькирия, уверенно принялась стирать с меня всю кровь, грязь и масло. Крепкие руки словно бы делали массаж в придачу, уверенными движениями расслабляя мышцы. Профессионал.
— Классно ты их, — с легкой хрипотцой сказала она. — Знала, что выстоишь.
— У меня отличная поддержка, — хмыкнул я.
Отбросив мочалку, Кейт обняла меня сзади, ее руки рассеянно побрели по моей груди. На шею посыпались мягкие поцелуи, один за другим – перемежаясь лижущим языком. Ее заводит жестокость. Той сегодня было достаточно.
— Часика через три, на всю ночь? — спросила она.
— Посмотрим.
— Эй, какого хрена? — рыкнула Кейт.
— Вечер забитый, так что…
Стремительно упавшая к поясу рука заарканила меня.
— Я же все вижу. Расслабься, ковбой, объезжать не стану. Просто сбросить напряжение…
Сам я развернулся, или ведомый ее рукой – она уже стояла на коленях.
— Твои честные деньги, — худощавый мужчина в бордовой рубашке похлопал по чемодану.
Я открыл его с легким трепетом. Есть здесь одна традиция, довольно-таки странная – награда выдается в случайной валюте. По очень хорошему курсу, но все же случайной. И что же мне досталось…
— Пятьсот тысяч в рублях, десять карточек, — казначей с ухмылкой зажег сигарету. — Пин-коды не установлены. Сегодня был хороший день.
Крупнейший мой выигрыш, да и с валютой повезло. Курс – стабильные один к одному, обменять можно в тех же банках, торгующих с Союзом. Пересчитывать будет недоверием, так что я и не стал. Просто выгреб карточки и, через установленный здесь же терминал, натыкал на них пароли.
— Не пропадай там.
— Разумеется.
Вместо парадного вышел через задний ход. Там безопаснее, да и внимания меньше привлеку. Тут, конечно, стояли несколько машин «Травмы», но наемным врачам плевать, они заняты пациентами. Много их. Вон один из моих – нога повернута совсем не туда, куда должна. Каждому участнику гарантировалась медицинская помощь, а частные врачи гарантировали, что ни в каких базах информация о побоях не появится.
Хотя кому не насрать? Все знали, что здесь проходят бои.
Серый, потертый фургон Егора пристроился у обочины. Маленько я опоздал, ну и ладно.
Хотел было, как обычно, залезть назад, но товарищ высунулся в окно и с усмешкой сказал:
— Эй, это же не грузовик! Падай давай рядом, хоть поговорим нормально.
Привык я сзади сидеть. Сперва транспорт общественный, затем древние грузовики, а теперь личный водитель на бои возит. Хмыкнув, я обошел фургон спереди и завалился на пассажирское сиденье. Мы неторопливо поехали.
— Ну, поздравляю, — сказал Егор. — Которая уже победа?
— Не считаю, да и плевать. И вообще, это ты меня сюда затащил.
— Кто ж знал, что ты сам всем рожи набьешь? Я-то просто хотел, чтобы ты в себя пришел.
Неловкое молчание. Только движок порыкивает, да шины шуршат.
— Сам-то как? — спросил я.
— Давай лучше сперва жахнем. В бардачке возьми, там несколько разных.
Не холодное, но пойдет. Одну банку зажал между ног, вторую открыл и передал Егору. Он-то за рулем нажираться любил. Все равно никто не остановит, слишком мелкое нарушение, чтобы обращать на него внимание.
Раз, а полбанки уже и нет.
— Терпимо все. В мастерской тачки ковыряю, трахаюсь с Евой. Готовит неплохо, а сзади и выглядит в общем-то… ну… не обезьяна.
Мы посмеялись. Каждый красный светофор, разумеется, был наш, так что поболтать о прошлом успели. И пусть, что не друзья детства, все равно многое связывает. И хорошего, и плохого.
— Пиздец ты жилистый, — бросил Егор. — Красивыми мускулами так и не обзавелся, выходит?
— А тебе-то что? По мускулистым парням дымится?
— По девкам вокруг тебя. Как выдохнешься – позови, уж помогу по старому знакомству!
Ночной город сверкал неоновыми огнями, мимо несся трафик, а мы просто ехали, пили да болтали. На фоне играла древняя песенка про малиновую девятку. Так сказать, дополняла атмосферу.
— Сколько взял сегодня? Ну, если не секрет, — спросил Егор.
— Если учитывать, что за это шкурой рисковал, то плюс-минус терпимо. Все равно свалю, как только пойму, что не вытягиваю.
Тут машина вдруг свернула с дороги и покатила по переулкам, один темнее другого. «Заскочить кое-куда, это по пути». Без проблем.
Мой успех отчасти его рук дело тоже, потому внутри свербило желание как-то за это расплатиться. С жильем там помочь. На ремонте машин много не заработать, а я не обеднею. Мне-то вполне нормально в мелкой квартирке в одной из башен, расходы – фигня.
Фургон вдруг остановился. Местечко не из лучших, бедный район, куда полицейские суются только четверками в машинах, и никаких резиновых патронов. Мы стояли под дрожащим светом фонаря, единственного на полкилометра вокруг, и стояли одни. Странно. Тут можно всякого купить, если знать нужных людей, но…
— Слушай… — начал Егор.
— Да ладно. Только не говорил, что ты на настолько херовую дрянь подсел, что ее нужно в трущобах покупать. Погнали отсюда. Если хочешь закинуться, по пути захватим настоящего товара, даже в заводской упаковке. Топливо, колеса, да что угодно.
А он просто сидел, вцепившись в руль, да смотрел вперед. Подрагивал. Присмотревшись, я заметил, что он отрицательно покачивает головой. Вздохнув, он заговорил:
— Есть… есть дело одно. Помощь нужна, понимаешь? Твоя помощь. Влип я. Извини, что так нагло тебя затянул, но и ты пойми – люди серьезные, уважаемые. Все обо мне знают, на хату врываются, после работы с улыбочкой встречают. И почикать обещают.
— Сразу-то почему не сказал, дебил? — буркнул я. — Помогу, но херли молчал?
— Ну… Паренек их здесь. Сзади сидит, — почти прошептал Егор.
Холод металлического кольца, коснувшийся моего виска, был не слишком-то приятным чувством. Сюрприз, мать вашу. Засел сзади, как в фильмах, и выскочил.
Егор пару раз хлопнул по рулю, сигналя, и снова перестал двигаться.
— Ну и чего тебе? — медленно спросил я.
— Денег, как и всем. Торчу слишком много, а помочь можешь только ты, — сказал Егор.
Пистолет слишком уж больно уперся в висок, словно владелец пытался пробить мне черепушку без выстрела. А еще – вдавленный ствол автоматически поставил оружие на предохранитель, отчего у меня на лице сама собою выросла ухмылка.
— Да убери ты уже, — сказал я. — Деньги есть. А если мозги мои размажешь по стеклу, то денег не будет.
Гудки машины, очевидно, приманил остальных участников разборки. Мы оказались окружены.
— Выходи, бля! Без шуточек, — нервно сказали сзади.
Меня выдернули из машины, а Егор вышел сам и послушно подошел ко мне. Ну, конечно, его пугать смысла нет. Вернувшийся к моему виску ствол сразу пояснил, кто здесь главный, и тут знание о предохранителе не спасло бы – еще трое целили в меня из пистолетов-пулеметов. А вообще громил было десять.
— Ну и кто это? Деньги точно есть? — спросили из-за моей спины.
— Я бы обманывать не стал, — дрожащим голосом сказал Егор.
— Слушайте, а может хоть поясните, что случилось? Сколько он должен-то вообще? — спросил я.
Все громилы как один усмехнулись.
— Мальчик-то этот золотой? А он не сказал? Накупил стимов с транками столько, будто сам барыжить собрался, от мета до военной скорости. А платить задержался. Неправильно это, нужно платить, боссы у меня нетерпеливые.
— Так сколько? — ровным тоном спросил я.
— Двести пятьдесят, — выдохнул Егор.
— Проценты, парень, проценты? Триста десять тысяч уже с тебя! И где только возьмешь…
В одно лицо тут ничего не сделать. У меня в тушке никакого хрома нет, военный опыт поможет примерно никак, да и кулаки против огнестрела не работают. Куртка осталась в машине, карточки там. Придется, выходит, платить, иначе шлепнут и для меня все закончится.
— В тачке остались. Заплачу, — сказал я.
— Ну конечно. И пушка тоже там осталась, да? — засмеялись у меня за спиной.
— Нет пушки. На постоянно не таскаю.
— Ну, предположим. Давай, вытаскивай свои деньги, только без фокусов.
Мы двинулись к фургону. На висок все так же давил ствол, но задница моя боялась тех пистолетов-пулеметов, что нашпигуют меня в секунду. Подошел к машине, открыл дверь, вытащил куртку и медленно вытащил из внутреннего кармана пачку карточек.
— Эт че? Рубли советские? Шутить мне тут решил?
— Нет, — я отсчитал семь карточек. — Триста пятьдесят в рублях. Курс один к одному, обменяй в любом сраном банке, там всем будет плевать. Пинкоды ща дам.
— Ебать ты. Ну ладно, ты мне нравишься.
Конечно, блять, нравлюсь. Пусть хоть подавится, мудила.
Продиктовал эти сраные пин-коды. Меня отвели обратно к Егору и наконец-то убрали оружие от моей головы. Свобода? Ха.
— Так, давайте ему урок и поехали, — приказал главарь громил.
Несколько мужиков схватили Егора, в два счета уложили на асфальт. В свете фонаря блеснул такой нож, что это скорее было мачете.
— Эй, полегче! Я же заплатил!
— Ну так полегче и будет! Не руку оттяпаем, а палец. Как ни крути, а наказать за просрочку платежа нужно.
Егор попытался вырваться, но двое его держали, а третий вдавил коленом в асфальт. Спине будет больно.
— Слышь, гнида, это уже слишком! — крикнул я.
— Че?
— Че слышал!
— Так, въебите ему. А этому отчикайте три пальца, у дружка его слишком острый язык.
Меня с пинка уложили на пол и начали месить. На волне адреналина я умудрился с места свалить одного, добраться до его лица и превратить то в кровавое месиво. Пусть в одно рыло не вытяну. Тут не до разумных действий. Егор же вовсю орал. Меня попытались оттащить, но я тупо кинулся на нового – и снова уложил на асфальт.
В итоге меня пырнули ножом. В спину, где-то возле печени. Сразу не понял, но уронить меня стало проще простого, что и сделали, а затем просто безыдейно били. До хруста, до закружившейся головы, до крови в слюне и соплях. Я еще пытался крыть их всех матом, но все слова звучали невнятной кашей.
— Так, закончили, — приказал наконец-то главарь. — Пальчики с собой, покормим девочку.
— С-сука, — сумел выдавить я. — Один на один размазал бы тебя.
— Ах, да. Спасибо за щедрый взнос! — он демонстративно поклонился. — Не бойся, не грохнем. Будешь нам деньги носить, сам и с радостью.
Ушли, сволочи. Быстро растворились в темноте.
— Ты как? — сорванным голосом спросил Егор.
— Жив. Ссать буду кровью.
— Нужно позвонить в «Травму», ты бледный как труп. И тяжелый, сука, не дотащу до машины.
Егор подбежал к фургону, схватил свой телефон и позвонил кому-то. Но застыл. Сбросил, вроде бы, звонок, отбросил телефон и начал рыться в салоне. Спустя пару ну очень долгих минут – вернулся ко мне.
— Деньги… твои деньги? — спросил он.
— А не… кх! А не насрать? — почти крикнул я и согнулся от боли. — Что за срань сейчас была?
— Ты охуел!? Ты чего бычил!? Ты мог заплатить еще, а теперь оставил меня без пальцев! — яростно сказал он.
— Что ж ты за мудила, а? Сюда привез, чтобы не одному подыхать?
Плевать ему было, что я говорил. Егор был на своей волне.
— «Терпимо», говоришь, денег поднял? Я тут от зарплаты к зарплате живу, а ты на всю катушку шикуешь. А ведь это Я тебя туда привел!
— Знаешь, что? Пошел в жопу… ах, я и забыл! Ты уже там! И, сука, заслуженно.
— Вот как к старым друзьям, да? Мне едва на жизнь хватает, а ты сколько спустил на развлечения свои?
— Так нечего на колесах сидеть, — пробулькал я.
Сбегав к фургону, Егор вернулся уже с пистолетом. Беретта 92, старая знакомая. Как-то раз у нас была куча таких, трофеи.
— Не друг ты, оказывается. Крыса. Еще товарищем меня называл, — сказал он.
— Признаю, был неправ. Наркоша ты сраный, все мозги себе расшатал. Стоило, блять, догадаться, ты ж еще морфий таскал…
— ЗАВАЛИСЬ! МОЛЧИ, СУКА! Грохну тебя, грохну и заживу на твои же сраные деньги!
Встать? Попытавшись, я немедленно рухнул и приложился затылком об асфальт. Тело отказывало. Оставалось только ругаться до самого конца. Если помирать – то не молча.
— Ну, забирай. Забирай. Устрой себе жизнь, только на глаза мне потом не попадайся.
— Ага. А ты еще заработаешь. И еще, и еще, и еще! Успешный, сука, человек!
Он с перекошенным лицом прицелился мне в голову. А я, чувствуя невольную ухмылку на лице, глядел прямо в темный ствол. Давно не виделись.
— И что даль…
А дальше была вспышка в темноте, дальше был толчок в грудь. Второй выстрел, третий – все в грудь.
Дышать? А это как?
А он забрал последние три карточки и свалил. Дебил. Убил меня, а про пин-коды и не вспомнил. Ха.