Ловите вора!

- Ловите!.. Ловите его! Кто-нибудь, ну же!

Фух, ну и тяжеленая же эта штуковина. Праздник же только начался, я даже не думал, что там столько пожертвований будет…

Боги прямо-таки благоволили мне с самого начала дельца, подсунув вместо нормальный охраны пьянь, которая по какому-то нелепому совпадению носила рясы священника. Вот только кто-же мог знать, что эта красная рожа побежит так, словно я не деньги, а его мужское достоинство отрезал и унёс с собой.

- Вор! Стража! Стража!!!

Тупой, визгливый ублюдок, это тебе не храмовый район, тут ночью всем на такие крики начихать. Завернув за угол, я наконец бросил этот чёртов ящик прямо в грязное месиво, которое некоторые шутники называют «дорогой». Дождавшись, когда эта дурачина завернула вслед за мной я пнул того в прямо в живот, от чего тот согнулся и схватившись за него отрыгнул небольшое озерцо вина прямо на мои сапоги. Ну и мерзость, не знал, что человек может вместить в себя столько жидкости.

- Хочешь деньги назад, да? Ну, хочешь же?

Когда тот судорожно кивнул, борясь с приступами рвоты, я с натугой поднял махину прямо над своей головой. Дрожа от напряжения, я произнёс:

- Боги же хотят, чтобы мы делились друг с другом, да? На, получай!

Эта сука от моих слов округлила глаза и раскрыла свою пасть так, как не раскрывают её заправские, портовые шлюхи перед самым концом погрузки. Но похоже боги сжалились над этим убожеством и даровали тому по своей великой милости ещё один шанс. По-другому объяснить появление аж трёх стражников, в этом месте, в это время, в тот самый момент, когда я собирался размозжить этому лысому кастрату его тупую, никчёмную голову я не могу.

- Стоять! Немедленно брось это!

Все трое практически одновременно, словно заранее отрепетировав вынули мечи из ножен. Ну всё, я не только свои (и плевать мне было, что они принадлежат церкви, взяв их в руки я уже считал их своей законной собственностью) деньги потеряю, за покушение на жизнь церковника мне прямо тут голову снесут, а потом её прямо перед храмом посадят на пику в назидание другим.

Пару секунд постояв в этой неуклюжей позе я наконец определил своё дальнейшее будущее и произнёс:

- Как скажешь.

И кинул это здоровенное орудие убийства прямо в башку ближайшему ко мне стражнику. Тот было решил остановить снаряд своим мечом, вот только ящик оказался сильней и вместе с лезвием влетел прямо в морду караульному. Когда он упал и его шлем не удержавшись покатился по земле я увидел огромную вмятину на его черепе вместе с раной, оставленной его же мечом и то, как кровь небольшими фонтанчиками выходит прямо из его ушей. Всё-таки монет там было очень много и бросать их после такого зрелища было ещё сложнее. Хотя, я их уже бросил хе-хе.

Пока стражники в ступоре смотрели на своего умирающего товарища, который уже начал мелко трястись я быстро нырнул в ближайшую улочку и начал бежать что есть сил. Ну всё, после такого они не успокоятся пока не найдут меня и не запытают до смерти. Пора валить из города и чем быстрее, тем лучше.

Вот только кое-что не даёт мне спокойно это сделать. А именно мои только что потерянные деньги и этот чёртов гад, который чудом избежал смерти. Из-за него у меня теперь куча проблем, которые вполне могут преждевременно отправить мою душу к богам, а мне этот момент нужно отложить настолько, насколько это возможно, потому что мои пока ещё не искуплённые грехи отправят меня прямиком в бездну.

Короче говоря, прежде чем свалить отсюда мне нужно поквитаться с этой пародией на человека и вернуть денежки, заработанные упорным воровским трудом.

Решив, что мне делать дальше я услышал отовсюду топот большого количества закованных в сталь сапог и криков о каком-то убийце. Похоже они слишком близко восприняли смерть одного из своих. Вот это уже заставило меня по-настоящему забеспокоиться за сохранность своей жизни и ещё сильнее ускориться. Благо в отличие от стражников одет я был более легко, да и знал округу получше их.

Пару раз чуть не попавшись на глаза страже я еле унёс свои ноги из этого района туда, куда в здравом уме никто бы на моём месте не стал возвращаться. В храм.

Сейчас была глубокая ночь и тут было тихо и спокойно. Ни одного закованного в сталь мордоворота я не заметил. Видимо стража бросила все силы на мою поимку думая, что никто больше не осмелиться вломиться в церковь. Пока я бегал туда-сюда от них в храм уже должны были вернуть мои монеты. И когда я собирался залезть по какой-то архитектурной дребедени в небольшое оконце, то мне послышался смутно знакомый звук:

- Б-у-э-э…

А вот и виновник потери моих деньжат. Звук шёл откуда-то со стороны заднего двора церкви. Подойдя туда, я увидел, как рядом с колодцем пьяница блевал прямо в деревянное ведро. Приблизившись, я стал ждать, когда он закончит – не хотелось, чтобы его нечистоты снова попали на меня. Заняло это довольно много времени, у меня уже заканчивалось терпение, когда этот выродок наконец встал с колен и повернулся в мою сторону.

- Боги, только не это…

- Ага, и тебе привет.

С этим словами я вмазал тому прямо в его грязное рыло, от чего тот чуть не свалился прямо в колодец.

- Если скажешь где мои деньги, то может ещё поживёшь немного.

Держась за нос, который я вогнал ему прямо в череп и заливая всё свое белое одеяние стремительно капающей кровью, он гнусаво ответил:

- Ай-ой, боже, у главы, в его комнате наверху! Пожалуйста…

После того, как я узнал, что мне нужно я столкнул этого идиота прямо в колодец. Летел он пару секунд, пока не достиг дна (хотя, он и так был на дне). Когда я уже начал уходить то услышал стон, эхом отражавшийся от стенок колодца.

- Да ты, блядь, издеваешься.

Быстро подойдя обратно, я увидел, как этот неубиваемый везунчик еле барахтается, пытаясь удержать свою тушу от полного погружения. Чёрт, надо было его придушить, прежде чем скидывать вниз. Ну и как мне теперь его убить? Камнями закидать?

Разозлившись из-за собственной неосмотрительности, я поднял ведро, полное рвоты и вылил содержимое прямо на него. Естественно, этого оказалось недостаточно чтобы утопить его, хоть и наблевал он будь здоров. Бросив на прощание ведро ему на голову я наконец отошёл от колодца и направился обратно к церкви.

С лёгкостью забравшись в окно я увидел справа от себя лестницу. В самом храме было ещё тише чем снаружи, словно все его жители вымерли. Лишь изредка встречающиеся канделябры с горевшими свечами доказывали, что здание ещё не заброшено. Тем не менее я старался двигаться тихо, осторожно делая каждый шаг и держась в тени.

Поднявшись по крутой и длинной лестнице, достигаю верхнего этажа. Я нашёл нужную комнату наткнувшись на богато украшенные двери, барельеф на которых в тусклом свете рядом стоявшего подсвечника изображал какую-то сценку из жизни некоего святого. Они оказались не заперты, и я медленно вошёл в просторную, окутанную тенями комнату. Никого в ней я не заметил. Обстановка была довольна аскетична, но меня так просто не обманешь. Увидев грубо сделанный сундук, стоявший рядом с кроватью, я направился к нему.

Где-то на пол пути я услышал очень тихий шорох позади себя. А после и зычный, старческий голос:

- Здравствуй, вор.

На мгновенье застыв, я сразу же начал поворачиваться, одновременно вытаскивая из-за пояса длинный кинжал. Едва я обернулся, даже не успев толком рассмотреть старика, стоящего передо мной, мне в грудь моментально врезалась его раскрытая ладонь.

Пролетев кубарем пол комнаты, я кое-как сгруппировался и смог подняться на ноги, хоть и с большим трудом. Рёбра болезненно ныли, в глазах потемнело, из лёгких выбили весь воздух, но я всё ещё был в сознании.

- Покайся и ответь за свои преступления, грешник.

С этими словами старый ублюдок начал приближаться ко мне. Подняв нож, я пошёл ему навстречу. Монах же продолжал идти расслабленной походкой, словно не заметив этого. Оказавшись на достаточном расстоянии, я сделал выпад, целясь тому прямо в горло, скрытое за длинной, седой бородой. Но вместо его плоти, моё оружие пронзило лишь воздух, а после старик схватил моё запястья и кинул меня через плечо. Упав, я сразу же резанул по его ногам. Рана оказалась неглубокой, и он сразу же выбил ногой кинжал из моих рук, а после двинул ей мне прямо в челюсть.

На мгновенье я увидел далёкие звёзды, но боль и вкус крови во рту быстро вернули меня обратно, и я сделал кувырок назад. Оставшись без оружия, я встал в боевую стойку, ожидая его хода. Старикан же словно и не замечал текущей из его ног крови и продолжил неумолимо идти на меня. Я решил воспользоваться, тем, что я обычно оставляю на крайний случай.

Когда расстояние между нами составило около двух метров я пристукнул пяткой моего сапога два раза, после чего из его мыска выскочил небольшой, но очень острый клинок. В этот же момент я нанёс боковой удар ногой целясь ему в живот. Но враг молниеносно вскинул руку в защиту и, хоть я и оставил порез на его руке, ухватился за мою обувь и крутанув кинул меня в другой конец комнаты.

Сапог с клинком остался в его руке, и он отбросил его себе за спину. Чтобы мне было удобнее драться я избавился и от второго ботинка. Теперь, оставшись полностью безоружным и босоногим мне оставалось рассчитывать лишь на свои кулаки, ноги и хитрость. Решив не дожидаться старика в этот раз, я начал подходить к нему первым. Приблизившись на достаточное расстояние, я харкнул ему в рожу кровью, смешанной со слюной. Тот, не ожидая этого, на мгновение отвлёкся чем я и воспользовался, ударив тому прямо в горло.

Церковник после такого приёма начал судорожно хватать ртом воздух, согнувшись в три погибели, но я, не давая ему времени оклематься схватил его голову двумя руками и вмазал ему коленом прямо в лицо. Потеряв несколько зубов тот упал прямо на спину, но сразу же перекатился назад, встав на ноги.

Почувствовав, что победа близка я решил нанести ещё один удар. Но это оказалось ошибкой. Большой ошибкой.

Замахнувшись рукой, я собирался ударить того в лицо, пока он не успел прийти в себя, но вместо этого мой кулак наткнулся по ощущениям на каменную стену. Это оказался его мгновенно выставленный локоть. Даже не знаю, что хуже: чувство, что твоя рука оказалась раздроблена или этот мерзкий хруст, сопровождавшийся невыносимой болью.

Он не стал терять времени зря и наотмашь ударил мне прямо в глаз, чуть не выбив его. Повалившись на пол, я застонал, баюкая сломанную руку.

- Сдаюсь…

Прохрипел я. На удивление, эти слова остановили церковника.

- Похайшя.

Прошепелявил он. Наверное, трудно говорить, когда треть твоих зубов лежит на полу. Наблюдая за ним единственным не опухшим глазом, я заметил то, чего так ждал и на что надеялся. Старика после одного, единственного сказанного слова понесло куда-то вбок. Яд наконец начал действовать.

- Каюсь за все свои прошлые грехи. И каюсь за то, что собираюсь сделать сейчас.

С этими словами я медленно, кое-как поднялся сначала на колени, а потом уже встав во весь рост. Монах же ухватился за стену, чтобы удержаться на ногах и крутил туда-сюда своей башкой по всей видимости пытаясь справиться с головокружением.

Медленно переставляя ноги, я подошёл к нему. Старик не обратил на меня никакого внимания. Интересно, какие галлюцинации он сейчас наблюдает?

Ухватившись здоровой рукой за его бороду, я резко потянул его на себя, ударив своим лбом прямо в его крючковатый нос. Церковник от этого упал на пол, всё ещё дёргая своей головой и не обратив внимания на заливающую его лицо кровь.

Выкинув оставшийся в моей руке клок его волос, я попытался найти на полу свой кинжал. Сделать это в полутьме комнаты с одним видящим глазом было непросто, но я справился. Ухватившись за него обратным хватом, я подошёл к ещё живому мертвецу, заливавшему весь пол кровью и смешавшейся с ней пеной изо рта. Поставив свою ногу ему на горло, тем самым зафиксировав его голову, я присел на корточки и прицелился ему прямо в глаз.

Воткнув лезвие в его око, он ещё некоторое время двигался, пока я не надавил достаточно сильно, чтобы пронзить его мозг.

Наконец, когда последняя преграда была убрана с моего пути я позволил себе вздохнуть поглубже и немного расслабиться. Надев обратно свои ботинки и с осторожностью вернув отравленный клинок обратно внутрь одного из них, я наконец подошёл к манящему сундуку. Без проблем открыв его я заметил там увесистую книгу, тёмную рясу монаха и большой, кожаный кошель. Раскрыв его, я увидел целую кучу золота, привнёсшему на моё разбитое лицо кривую ухмылку.

Для маскировки, чтобы выбраться из города я надел одеяние и взял в руки церковную книгу. Денежный мешочек я повесил себе на пояс.

Перед тем, как уйти, я остановился в дверях.

- Ах да, чуть не забыл.

Вернувшись обратно, я подошёл к трупу и уперев ногу ему в лицо вытащил свой кинжал прямо вместе с глазным яблоком. Немного повозившись, я избавился от него и очистил клинок.

- Ну теперь точно всё. Пора валить из города.