Горный Крест есть центр любой большой карты этих земель; он представляет собой небольшую долину, окружённую четырьмя горами. Севернее от него располагаются земли герцога У́льдриха Се́рвитуса — болота и берёзовые рощи; западнее — обширные леса; восточнее — большой залив, вдоль которого тянутся многочисленные поселения вольных торговцев; южнее — плодородные поля и живописные пруды.

Де-Салу́т — город к югу от Горного Креста — осаждался лордом Эдвардом Путре́до на протяжении пяти дней. Ранним утром пятого дня конница Де-Салута, являющаяся гордостью дома Дэвотэ́, была разбита в пух и прах при попытке обойти пехоту Эдварда, а войска гарнизона, защищающие внешнюю стену, редели с каждым часом, позволяя противнику подбираться всё ближе и ближе.

 

Спотыкаясь, придерживая одной рукой кожаные ножны на поясе, а во второй сжимая небольшую подзорную трубу, глава гвардии лорда Дэвотэ сир Джо́коб бежал по длинному коридору донжона Де-Салута прямиком в большой зал для собраний. Миновав дюжину небольших арок по бокам, что служили проходами в самые разные помещения огромного замка, он добрался до большой деревянной двери и распахнул её; его взору предстал огромный полукруглый зал, украшенный алыми знамёнами по периметру, и освещённый белым светом, что отдавал серебром на стёклах, пробиваясь внутрь сквозь высокие окна. Около одного из таких окон, сложив ладони за спиной, стоял высокий лорд Си́рус Дэвотэ. Заслышав шум, он обернулся к дверям. В дневном свете его рыжие волосы будто горели ярким пламенем.

Также в зале находились четыре гвардейца в лёгких доспехах и два советника Сируса, спорившие о чём-то за широким столом. Они яростно что-то обсуждали, то и дело тыкая толстыми пальцами с перстнями в развёрнутую хлипкую карту, но стоило Джокобу появиться в дверях, как их спор тут же прекратился, а раздражённые взгляды переметнулись с крышки стола на беспокойного главу гвардии.

— Не томите, сир Джокоб, — бархатным басом молвил Сирус, — каково наше положение?

— Крайне плачевное, мой лорд, — задыхаясь, отвечал тот. — Наша конница разбита на юге, мы не сумели их обойти. Пути отступления на юго-западе, западе и северо-западе перекрыты их пехотой. Около северной стены возводятся осадные башни, она, считайте, потеряна. Наш единственный шанс покинуть крепость — скрыться в лесах на востоке, а затем встретиться с войском Атадо́ра у Горного Креста.

— Вздор! — воскликнул один из военных советников, махнув пухлой рукой. — Гарнизон не будет держать замок без его лорда! Мы должны дождаться подкрепления здесь.

— Одумайтесь! — оборвал его Джокоб, приблизившись к столу. — Наша кавалерия перебита, мы не можем дать им бой в чистом поле!

— Нам и не понадобиться давать им бой в чистом поле, сир, — не отступал советник, — гарнизон даст сражение внутри крепости.

— Вы планируете выжидать, пока Путредо пробьёт брешь в стене? — недоумённо вопрошал второй советник, почёсывая свою пышную чёрную бороду.

— Хоть брешь, хоть штурмом они её возьмут — всё равно окажутся в ловушке, — отвечал первый, активно жестикулируя рукой в воздухе. — Внешней стене конец — это совершенно очевидно, но до внутренней они и добраться не успеют, как наши лучники изрешетят их с башен.

— Вы предлагаете сосредоточить силы гарнизона на защите внутренней стены? — наконец отдышавшись, говорил Джокоб. — В начале штурма вы заявили, что войско Путредо будет уничтожено ещё на подходе к крепости, выставили на внешнюю стену большую часть стрелков, а сейчас, когда почти всех их перебили, вы снова пытаетесь повторить провальный ход? Я не уверен, что пять сотен лучников выстоят на внутренней стене. К тому же, как только внешняя стена будет занята Путредо, мы лишимся последнего пути к отступлению. Лорд Дэвотэ, — сказал он, обращаясь к Сирусу, молчаливо вглядывающемуся в окно, — прошу вас, нужно уходить!

— Оставьте нас, милорды, — сказал он, кивнув на двух советников.

Те недовольно забурчали, но противиться не посмели и покорно покинули зал, скрывшись за деревянной дверью. Дождавшись их ухода, Сирус полностью повернулся к Джокобу, твёрдой уверенной походкой подошёл к столу и упал на большое кресло, одной рукой ухватившись за макушку, а второй указывая на соседнее место, приглашая главу гвардии присесть.

— Я прекрасно понимаю, — говорил Джокоб, усаживаясь в кресло, — что покинуть крепость было бы слегка…

— Подло, — договорил за ним Сирус. Его зелёные глаза по-доброму блестели, сверля Джокоба усталым взглядом.

— Отчего же, лорд Дэвотэ! Я не это имел в виду.

— Не важно, дорогой друг, что вы имели в виду, важно то, что сделают мои солдаты, когда я прикажу им оставить город, их семьи, их дома, и бежать со мной на восток в надежде соединиться с Атадором. Не слушайте советников; дело не в том, что им важно моё присутствие на поле боя, поверьте, среди них мало тех, кто готов умереть за меня. За отца они бы ещё постояли, но я… держу пари, что возьми Путредо нас в блокаду где-нибудь посреди поля, то вся наша бравая гвардия тут же побросала бы мечи. Но не в городе! Пусть сражаются не за меня, но за свой дом и за свою семью, ибо за них они готовы умереть.

— Вы считаете, что армия не покинет города даже по вашему приказу? — Глава гвардии с ужасом посмотрел на своего лорда.

— Не могу судить насчёт всей армии, но те, кто останутся, предадут меня, а те, кто уйдут, предадут семью, а в случае нападения в лесу попросту бросят мечи. По итогу все они предатели, и ни одни, ни другие не будут за меня умирать, а зачем мне такая защита? Покидать крепость в сопровождении нескольких личных гвардейцев тоже крайне рискованно, ведь нам совершенно неизвестно о положении дел в восточных лесах, вдруг там уже притаился отряд, поджидающий нашего бегства? Единственный приемлемый вариант — это оставаться внутри замка.

— Но что делать с защитой? Неужели нам придётся поступить так, как предлагает ваш советник, и отдать Путредо внешнюю стену?

Лорд Дэвотэ задумался на миг, а затем, громко выдохнув, сказал:

— Прикажите горожанам собраться в восточной части города на площади перед ратушей, сир Джокоб, и проследите, чтобы ни одного мирного жителя не оставалось за пределами внутренней стены. Закройте ворота, выставьте стрелков по периметру и на башнях, посадите копейщиков в лёгкой броне на стены, чтобы они сталкивали лестницы. Если наши расчёты верны, то уже к закату войско Атадора будет здесь. Его конница перебьёт пехоту Путредо, а в лучшем случае — перевёрнёт игру в нашу пользу, если нам удастся догнать и схватить самого Эдварда. Мы должны держать оборону, даже если вся внешняя стена падёт.

— Я сию же минуту отдам приказ, лорд Дэвотэ, — говорил Джокоб, вставая.

Сирус тоже встал с кресла. Проводив взглядом главу гвардии, он подошёл к окну, из которого открывался отличный вид на площадь.

За несколько часов до осады, все жители каменных домиков и небольших деревень близ Де-Салута были срочно эвакуированы силами гвардии в крепость. Внешняя стена надёжно защищала всевозможные гильдии и казармы, амбары и склады, где перепуганные селяне находили себе убежище, прячась среди заготовленной древесины и обработанного камня, удобно располагаясь на запасах пшеницы и греясь в тепле ближайших кузниц. Спустя полтора часа все они вперемешку с горожанами толпились на городской площади. Многим попросту не хватало места, поэтому толпа тянулась большой человеческой змеёй вдоль узких улиц, заполнив собой неработающие трактиры, харчевни, и даже вторую маленькую площадь около донжона.

По огороженной тропе, прямо под окнами большого зала, возложив блестящие алебарды на плечо, рядами шагали статные мужи в алом сюрко[1] поверх тяжёлых доспехов. За ними шли стрелки в кожаной броне с луками и арбалетами, а также копейщики в лёгких одеждах. Замыкала строй дюжина высоких рыцарей в украшенных узорами доспехах, — это были телохранители лорда Дэвотэ, которых тот отправил защищать горожан на площади, оставив при себе лишь четырёх человек на крайний случай.

После полудня Джокоб вновь прибыл в большой зал и сообщил, что войска Путредо пробили брешь на западе внешней стены, и, по всей видимости, собираются рыть подкоп к одной из башен.

— Мы рассчитывали, что брешь будет на севере, милорд! — оправдывался первый советник.

— Если вывести часть пехоты через южные ворота, обойти крепость с двух сторон и взять их в щипцы, хотя бы внутри, — предлагал второй, — то мы как минимум выиграем немного времени, милорд.

— На севере возводят не осадную башню, а требюше[2], — вмешался в разговор Джокоб. — Стоит ли нам ждать ещё одной бреши?

— Вы хорошо знаете военные манёвры, сир Джокоб, но совершенно не разбираетесь во всём остальном, — с укором сказал первый советник. — Требюше не пробьёт нашу стену, да и не успеют его возвести. Также как и на подкоп не хватит времени, если Атадор прибудет сегодня.

— Депеши от Атадора не поступало? — спросил Сирус. — Если требюше начнёт забрасывать сюда туши мёртвых животных или груды камней, то начнётся бунт, а подавлять его сейчас попросту некому.

— Нет, лорд Дэвотэ, — тихо ответил Джокоб. — Пехота Путредо перебила всех наших людей на внешней стене, и, я полагаю, взяла нас в блокаду, поэтому никаких посланий извне мы более не получим.

— В таком случае мне импонирует ваша стратегия со щипцами, — сказал Сирус, обратившись ко второму советнику. — Сейчас же назначьте командующих и ждите. Как только солдаты полезут в брешь — смыкайтесь и держитесь до последнего.

— Позвольте, — вмешался Джокоб, — но если мы выведем всю пехоту, то кто останется внутри? Одни лучники не справятся в рукопашном бою!

— Мы можем вывести половину? — вновь обратился Сирус ко второму советнику.

— Половину перережут как собак, милорд, кого вы слушаете. Наша задача продержаться до прихода армии Атадора, и силы пехоты для этого вполне достаточно.

— В таком случае всю пехоту перережут как собак! — кричал глава гвардии, бросая бешеный взгляд то на советника, то на своего лорда. — Это лишь вопрос времени. Мой лорд, прошу вас, оставьте солдат внутри. Сил лучников хватит для сдерживания неприятеля, но даже если он прорвётся через ворота, то встретит всю мощь пехоты и будет отброшен. Щипцы скорее убьют нас, но не его.

— Знаете, что нас ждёт, сир Джокоб? — перебил его Сирус. — Вторая, а может быть и третья брешь. Мы не сдержим их натиска с трёх сторон, да даже с двух. Но этого можно и избежать, создав видимость большого гарнизона, посредством щипцов.

— Да, но…

— Да, многие погибнут, — предвидя вопрос главы гвардии, продолжал лорд, — но мы гарантированно защитим население, зажав противника между стенами до прибытия подкрепления.

— Ваше право, мой лорд, — отступил Джокоб и, закрыв рот ладонью, принялся почёсывать кончиками пальцев щетинистую скулу.

Выйдя через южные ворота, половина пехотинцев обогнула крепость против часовой стрелки и притаилась недалеко от бреши; вторая половина прошла меньший путь и остановилась на таком же расстоянии, но с другой стороны. Когда первые вражеские солдаты, укрываясь щитами, пролезали внутрь, за дело брались лучники, но позже напор усилился, и войско Путредо в светло-жёлтых сюрко выливалось из бреши как белое вино из разбитого кувшина, тогда пехота Де-Салута тронулась с места и пошла в атаку. Около часа длилось сражение, солдаты, прикрываемые лучниками, успешно сдерживали натиск за натиском, но враг и не думал отступать. Когда на юге была пробита вторая брешь, в небе показались первые гниющие туши, забрасываемые в город с возведённого требюше. Они падали повсюду: то на крыши домов и трактиров, то в собравшуюся толпу; люди страшно паниковали и давили друг друга в надежде спастись от угрозы с неба.

Лорд Дэвотэ стоял около восточного окна и с надеждой глядел на линию горизонта, где густой лес сменялся чистым полем. Вдруг его восторженный вскрик эхом пронёсся по большому залу. Сир Джокоб подбежал к окну и тоже заметил на горизонте большую чёрную тучу — то была армия Атадора.

— Хвала небесам! Я уже вижу их знамёна, Джокоб! — радостно и громко говорил Сирус.

— Я тоже, милорд!

— А что же там… они везут обозы! — Лорд Дэвотэ прищурился, затем махнул рукой, отошёл от окна и с облегчением упал в кресло. Бросив взгляд на подзорную трубу, лежащую на столе, он вежливо попросил: — Друг мой, посмотри в свою трубу, что там за обозы. Провизия?

Джокоб взял трубу, вернулся к окну и принялся разглядывать.

— Обозы с провизией обычно едут сзади, — рассуждал Сирус, — может оружие или…

— Милорд, — дрожащим голосом прошептал Джокоб, оборачиваясь. Он опустил трубу, но не смог её удержать, и она упала на пол; хрупкие линзы разбились в дребезги, разбросав осколки у ног побледневшего наблюдателя.

— Что там, Джокоб?! — воскликнул лорд, вскочив с кресла.

Даже четверо телохранителей, что стояли всё это время в зале, начали медленно приближаться к окну, подталкиваемые интересом.

— Это не обозы, милорд, — говорил Джокоб, сглатывая слюну и глядя широко раскрытыми глазами на бледнеющего Сируса, — это тараны!

 

[1] Сюрко́ — длинный и просторный плащ, похожий по покрою на пончо и часто украшавшийся гербом владельца. Обычно сюрко был длиной чуть ниже колена, имел разрезы в передней и задней части, без рукавов. Этот плащ рыцари носили для защиты кольчуги от нагрева солнцем.

[2] Требуше́т, также требюше — средневековая метательная машина гравитационного действия для осады городов.


Created: 09/12/2020 23:44:47
Page views: 36
CREATE NEW PAGE